Пиратский Петербург

И тут начался бандитский Петербург. Хозяин привез зарплату, часть выдал, а за второй частью ночью пришли грабители. Избили его, сломали ребра, ножичком тыркнули. Стало ясно,- пора домой.

Раз уж в таком месте и такое творится, то что же творится в самом городе. Стали готовиться к возвращению. Собирать команду. Выправлять документы. Туго шло. Но опять вмешался Любиша Душанович. И  югославский партизан победил всех бюрократов. Добро на отход было получено. Вышли на Таллин, прошли канал и Кронштадт. И вдруг с правого борта к нам бросился сторожевик. По свеже покрашенной палубе сторожевика бежал, матерясь, боцман. Видать дополнительный досмотр решили провести в море. Пришла досмотровая группа. Хозяин объяснял старшему, кому принадлежит судно, а остальные лазали по трюмам, не проявляя интереса к вещам, как-то вроде поверхностно. Закончив досмотр, они попращались и мы продолжили своим курсом на Таллин. Позднее выяснилось, что опять меня перепутали. На этот раз перевозили на однотипном  “Рюрике”, как почему-то нас называли за глаза во флоте, вроде, каких-то эмигрантов из Азии до Швеции. Там тот пароход и конфисковали.

В Таллин мы шли уже с эскизом на мое переоборудование. Приятель хозяина судомоделист с большой буквы Темников Владимир, нарисовал эскиз новой кормовой надстройки и галерей вдоль борта.Как он сказал, это его самая большая модель в масштабе 1: 1. Хозяин понес этот эскиз в Эстонское отделение Российского морского регистра, на просмотр  начальнику Василенку Юрию Борисовичу. 

Юрий Борисович Василенок

Тот задал  несколько вопросов, из чего понял, что ребята понятия не имеют за что берутся. Но не отказал, а начал безвозмездно помогать всем коллективом, давая советы и направляя на технически правильные решения.

Так вот, подходим мы к Таллину и видим стоящий у Горхолла и  дымящий из всех труб ледокол Морского музея  “Суур Тылл” , раньше он назывался “Царь Михаил Федорович” (Романов, значит). Построен в Германии перед первой мировой войной, в 1918 году оказался в Эстонской республике, до войны ломал лед в Финском заливе, а в 1941году участвовал в переходе из Таллина в Ленинград, шел впереди крейсера “ Киров” и разгонял носовым винтом мины. Стал “ Волынцем”. И в 90 - ых был спасен Морским музеем от слома. Так вот, стоит он, из труб дым валит. Оркестр играет на борту. Мы стали рядом. Узнали, что вроде день рождения у него. Да механиков  не хватает. Запустить машину не могут. А у нас комплект. Наши механики и котельные машинисты пошли на борт ледокола, нашли причину и отошли с ними. Да скоро и вернулись, дейдвудный подшипник сильно потек. Но дело сделано, в последний раз “старик” своим ходом отошёл от причала и вернулся!

А  история, происшедшая с нами во время перехода в Гамбург, со шведскими сторожевиками закончилось так. Хозяину, только что вернувшемуся из Питера в Таллин, летом 1993 года, звонят из штаба Российского флота в Таллине, и сообщают, что  “Адмирал” нарушил территориальные воды королевства Швеции. Шок. Позавчера стоял у стенки Балтийского завода, а сегодня нарушил покой королевства. Угнали! Но тут вспомнился 1991 год и сторожевики, и наш позывной “УБАА”, вспомогательный флот ВМФ СССР! Долго шел протест по дипломатическим каналам. Слава Богу, все уладилось.

А гамбургская история закончилась так…

Баржа, 1914 года постройки “Луза” Проект "Галеона"

В 1993 году занимался хозяин переоборудованием нефтеналивной баржи, 1914 года постройки “Луза”, в ресторан-парусник, галеон. Эскиз нарисовал судостроитель Макеев Александр. Корпус был хороший, из крупповской стали и обводы подходили, но это к слову. Увидел хозяин на Таллинском Балтийском заводе паровой буксир. То была “Соломбала”... Был в Германии, в  экипаже один, как бы помягче сказать, хитрозадый машинист, мечтавший разбогатеть. Видя, что Роброку очень нравится пароход, и я из его рук ускользаю, предложил ему “Соломбалу”. Вернувшись с 30 серебрянниками, он развил бурную деятельность и собрал вокруг себя единомышленников, желавших разбогатеть или подзаработать, что вобщем-то неплохо. Они выкупили в Архангельске пароход, перегнали его по Беломоро-балтийскому каналу в Питер, а оттуда - в Таллин. Поставили его на БСРЗ - Балтийском судоремонтном заводе, слегка обновили голубую краску, которой он был покрашен. Очень много голубой краски в СССР производили, непонятно -зачем. Ладно красная, везде пригодится, и на пожарные ящики и на трибуны. И позвали Роброка покупать. Тот страшно боялся встретиться с моим хозяином. Из гостинницы не выходил, но сев в машину, доехал до завода, глянул на голландского голубого, сказал - НЕТ! И был таков! Компания осталась у ещё не разбитого парохода. Он оказался никому не нужен, где бы его не предлагали. Простояв зиму, разморозив котел, не оплатив плату за причал, был передан металлистам. Хозяин узнал, что его режут, когда была порезана паровая машина. Успел выкупить рулевую машину и дифлекторы, на память. Очень жалко. Можно было и Морскому музею предложить.

Читай дальше